В середине девяностых всех нас постиг кризис. Меня же «накрыло» вдвойне. Оставшись одна с маленькой дочкой, которой едва исполнилось три года, я, едва выйдя из отпуска по уходу за ребенком, сразу попала под «сокращение». Папы у нас не было. В то время модным девизом было: «я сама», и я родила ребенка от любимого, но, увы, несвободного человека, который не захотел ничего менять в своей жизни из-за меня.

Но это все не казалось мне проблемой, я считала, что смогу вырастить ребенка сама, в том числе, и в финансовом плане. Работа была стабильной, зарплату в банке платили регулярно, и неплохую.

К тому же, даже находясь в отпуске по уходу за ребенком, я брала «работу на дом» и могла зарабатывать. Когда банк закрылся, первое время жили «на старых накоплениях». Затем — пыталась искать работу, но время было такое, что на работу, тем более, женщину с маленьким, постоянно болеющим ребенком, брать никто не хотел.

Надо было кушать и одеваться. Привыкнув, что моя дочка всегда выглядела, как принцесса, я не знала, какой выход из положения найти, когда мы выросли практически из всех нарядных платьев. На глаза мне попался журнал с выкройками, причем — не обычными, а выкройками нарядов, выполненных из лоскутков ткани и декоративной вязки. Я решила попробовать повторить модель, хотя мой опыт создания одежды ограничивался школьными уроками труда, и шедевры явно не радовали.

Тем не менее, я очень старалась, и моя первая модель сарафана для дочки (верх — вязаный крючком, юбка — из моего сарафана из «шотландки» университетских времен), вызвала бурный фурор на детской площадке. Вдохновленная неожиданным успехом, я начала «творить». В ход пошли все запасы ниток, что были в доме (сохранились ещё со времен моего девичества и жизни у бабушки, заядлой «вязальщицы»). Ткань (лоскутки) покупала в магазинах, там остатки даже самой хорошей и дорогой ткани можно было приобрести по умеренной цене.

Вскоре, мамы, которые гуляли вместе с нами, стали интересоваться моими работами. Название такого направления в моделировании одежды «пэчворк». Когда-то это было присуще стилю хиппи, затем — вошло в жизнь людей, не разделяющих взгляды этого течения, но которым нравилось все необычное и непохожее на других.

Я стала получать первые заказы от тех мам, что гуляли с нами. Сначала — на детскую одежду. Затем — на взрослую. Мои гонорары и стремление к расширению возможностей моего творчества росли. Журналы с выкройками остались в далеком прошлом. Я создавала модели сама.

Однажды, одна из моих заказчиц попросила создать для её сестры необычное свадебное платье. Оно получилось действительно уникальным. Лиф платья был выполнен из сочетания ирландских и вологодских кружев ручной работы, которые я специально приобрела для этого платья. Низ — множество юбок, из настоящего, тончайшей работы японского шелка. Расшивала я платье мелким речным жемчугом. Невеста пришла в восторг. С тех пор, основой моих заказов стали дорогие штучные товары.

С начала моей «карьеры» прошло больше десяти лет. Сейчас у меня есть своя мастерская, магазин, свой штат сотрудников. В него входят и художники, которые помогают мне работать над коллекциями, и те, кто воплощает идеи в жизнь. Ассортимент нашей продукции самый широкий. Помимо штучных эксклюзивных товаров (свадебные платья и аксессуары, одежда для детей), мы производим сумки, шапки, перчатки, шарфы, выполненные в стиле «пэчворк». Кроме того, у нас есть отдельная коллекция джемперов по возрастным группам: для детей, молодежи, взрослых.

Конечно, я не скажу, что зарабатываю миллионы, но нисколько не жалею о том, что когда-то потеряла свою первую работу в банке. Сейчас я чувствую себя гораздо счастливее. Во-первых, потому, что смогла найти себя. Во-вторых, потому что могу работать, не разлучаясь с дочкой (сейчас она активно мне помогает, учится в художественной школе). В-третьих, я сама себе хозяйка, и гораздо меньше завишу от внешних обстоятельств. Ну, и, наконец, создание моделей в стиле «пэчворк» — это настоящее искусство. И я очень рада, что мой небольшой бизнес позволяет получать не только материальное, но и моральное удовлетворение, и радость от творческой деятельности.